Что такое экономика

Почему она такая сложная, как ее понять и нужно ли это лично вам.

«Ситизен» начинает тему месяца, посвященную экономике Узбекистана. В ближайшее время мы поговорим о многом — о реформах, проблемах, черном рынке и, например, о местных банках. 

Но кажется, для начала стоит просто понять, что такое экономика. Для этого мы пообщались с экономистом Юлием Юсуповым и узнали, почему экономика — сложная штука, как она помогает на практике и что нужно делать правительству, чтобы реформы шли гладко.

Что такое экономика

Представьте, что вам нужен простой карандаш. Вы приходите в магазин, отдаете деньги и забираете домой маленький кусочек дерева. Но чтобы сделать его, понадобились усилия многих тысяч людей из самых разных стран и огромное количество связей между ними. В самом простом карандаше — дерево, грифель, краска, маркетинг, доставка. Почитайте эссе Дональда Бодро «Я — карандаш» и поймете, насколько сложно создать казалось бы самый простой товар. А если товар будет сложнее, в нем могут быть задействованы сотни тысяч людей и тысячи компаний из самых разных стран. У любого современного товара колоссальная история: его придумывали, создавали и модифицировали, со временем он менялся и развивался. Где-то должна была появиться идея, и даже не одна, а сотни идей и патентов, слившихся воедино.

Прежде всего экономика — это взаимодействие между людьми, которые выступают в самых разных ролях. В Узбекистане, например, живут 30 с лишним миллионов человек, все они потребители. Большинство взрослых людей еще и наемные работники. Кто-то действует как предприниматель или государственный служащий, есть пенсионеры и студенты и т.д. Миллионы людей взаимодействуют друг с другом каждый день, и эти связи безумно сложны.

Все вместе и есть экономика: бесконечное число связей и отношений, которые складываются каждую секунду и работают по определенным правилам. А еще это огромное количество факторов, которые влияют на функционирование системы.

Наличие такого большого числа факторов затрудняет возможность анализа и прогнозирования.

Допустим, вы стреляете из пушки и хотите рассчитать, куда упадет ядро. Факторов, которые повлияют на конечную точку, не так много: вес ядра, сила толчка, угол, направление ветра, сила тяжести, сила трения. Ну, может, еще парочка факторов, но не больше десяти. Зная эти параметры, вы сможете довольно точно узнать, куда упадет ядро. 

Фото: Рахим Калыбаев

Экономика так не работает. У вас будет уже не 10 факторов, а миллионы, о многих из которых вы просто не догадываетесь. Например, факторы, связанные с поведением людей. Поведение в свою очередь связано с огромным количеством других факторов, в том числе и с информацией. То, как люди поведут себя завтра, зависит от информации, которую они получат сегодня из телевизора или прочитают в газете.

Множество факторов очень сложно выразить цифрами. Ускорение свободного падения — 9,8 м/с2, сила трения высчитается по формуле. А в экономике есть вещи, которые нельзя выразить через количественные показатели. Поведение людей зачастую связано с эмоциями, подсознательными желаниями или страхами. Как спрогнозировать, оценить факторы, влияющие на желание человека сделать покупку или инвестировать деньги? Тем более, как эти факторы выразить количественно?

Несмотря на это, существуют довольно очевидные закономерности, которые экономисты ищут через исследования или опыт. И понимание их может быть полезным. 

Кому нужно знать экономику

Был такой диалог между Ватсоном и Холмсом: Ватсон говорил, что Земля движется вокруг Солнца, а Холмс отвечал, что в его работе это совершенно не важно. Ватсон спорил: всем нужно это знать. Холмс не соглашался, говорил, что для него эти знания бесполезны.

Так вот. Любой грамотный человек должен знать, что Земля движется вокруг Солнца, Волга впадает в Каспийское море, а миллионы лет назад на Земле жили динозавры, которые, скорее всего, погибли из-за падения метеорита. Есть определенный набор знаний, которыми должен владеть человек. На мой взгляд, к этому относится и знание основ экономики.

На практике это может понадобиться предпринимателям и менеджерам. Им будет куда проще принимать верные решения — об инвестициях, покупках, о бизнесе вообще. Экономика позволяет лучше понимать интересы и поведение ваших сотрудников, создавая эффективную систему мотивации. В странах с развитым рынком экономика помогает понять, чего хочет и что делает правительство: люди видят, что в экономике происходит спад, и догадываются, что предпримут «сверху». Соответственно, становится несложно прогнозировать, как к этому приспособиться: получить выгоду или по крайней мере не понести убытки. У нас ситуация пока другая — мы никогда не знаем, что будет делать правительство. Это наша специфика. И это плохо. 

Простым людям знание экономики помогает принимать самые простые и очевидные решения.

Например, покупать или не покупать товар. Если вы понимаете, почему цены на товар могут возрасти или упасть, вы можете решить — ждать ли падения цен или купить что-то уже сейчас. Особенно это важно для дорогих товаров вроде квартир. Если вы понимаете, какие факторы влияют на цены, то можете принять правильное инвестиционное решение о покупке.

Жителям демократических стран важно знать законы экономики, потому что они, голосуя за тех или иных к��ндидатов, выбирают программы своей жизни в будущем. Одна партия говорит: мы повысим пенсии, стипендии, снизим налоги, а банки будут давать кредиты под два процента. Да, можно поднапрячься и повысить пенсии в два раза. Но вопрос: кто за это будет платить? А платить придется налогоплательщикам.

Вы как избиратель сможете принимать более правильные решения. Но даже авторитарные лидеры иногда вынуждены ориентироваться на то, что нужно людям и что они хотят. И если общественное мнение будет более подкованным, если люди будут хотеть реформ и действительно равных условий в экономике, то власть будет вынуждена к этому прислушаться. 

Как изучать экономику

Нет такой книжки, прочитав которую, вы все поймете. Сложность в том, что есть хорошие книги на легком языке, но написаны они иностранными авторами, живущими при другой экономике. Многие вещи будут вам непонятны. Непонятны не потому, что они плохо написаны, а потому, что в других странах все работает иначе, чем у нас. У нас пока еще не полностью рыночная экономика. У нас есть много особенностей, которых либо никогда не было в других странах, либо другие страны уже давно через них прошли. Читать такие книги полезно, но без высокого уровня знаний вы вряд ли поймете, как это соотносится с нашей реальностью и нашими проблемами.

Могу посоветовать читать больше местной прессы, где в последнее время появились обсуждения и статьи. Можно участвовать в каких-то диалогах на форумах в интернете. Можно общаться со специалистами. Можно пытаться самому изучить проблему.

Кстати, почти год назад я начал вести колонку на одном из местных СМИ, где публикую рекомендации по тому, что можно почитать, в том числе и для неспециалистов. 

Почему экономика — это сложно

В низовьях Амазонки живет дикое племя. Когда европейцы нашли его и стали изучать мировоззрение людей, вдруг выяснилось, что аборигены никак не связывают деторождение с половыми отношениями: на этот счет у них есть какие-то свои соображения. Европейцы пытались их переубедить, говорили, что это очевидно. Но аборигены не верили. Они утверждали, что если между событиями прошло 9 месяцев, никакой связи и быть не может. Оказалось, у них очень небольшой горизонт видимости. Если ты бьешь по дереву, и на тебя падает кокос — связь очевидна. Но если ребенок появляется через 9 месяцев после контакта, то эти вещи точно никак не связаны.

В экономике между некоторыми причинами и следствиями очень трудно выявить связь: прошло уже слишком много времени. Вы проводите реформы, что-то меняете, а результат бьет по голове не сразу, а через месяц, полгода или даже через 100 лет. 

Фото: Рахим Калыбаев

В 1776 году вышла книга «Исследование о причинах и природе богатства народов» Адама Смита — фундаментальный труд, который заложил основы экономики. И многие вещи, которые политики и государственные деятели признали совсем недавно, Смит описал уже в то время. Он говорил, например, что главная и единственная причина инфляции — денежная эмиссия, выпуск дополнительных денег. Это правило, Количественная теория денег, — первая экономическая теория.

В XVI веке Европу стала трясти инфляция. «Эпидемия» началась в Испании и Португалии, потом перекинулась на соседние страны, а затем и на всю Европу.

За чем испанцы и португальцы поплыли в XVI веке в Америку? За золотом. Много золота они не нашли, но нашли достаточно серебра, и металлы пошли в Европу. Денег физически стало больше. А когда денег становится больше, на каждую единицу товара приходится больше монет. Значит, цены начинают расти. И действительно: цены стали подниматься в странах, куда эти деньги пришли, а потом распределились по всей Европе.

Но только в 90-е годы ХХ века практически все центральные банки мира окончательно признали казалось бы несложную мысль, что главная и единственная в долгосрочном плане причина роста цен — это выпуск новых денег. В краткосрочном плане цены могут расти по разным причинам, но в долгосрочном — только из-за роста количества денег в обращении, превышающего рост товарной массы. Выходит, если вы не хотите, чтобы у вас была инфляция, нужно прекратить излишнюю эмиссию.

Эта теория была известна всем. Никто с ней особо не спорил. Но правительства считали, что они могут обмануть эту закономерность. И даже в развитых капиталистических странах в 1950-60-е годы был резкий всплеск инфляции: правительства, накачивая экономику деньгами, пытались стимулировать ее рост. Они думали, что у людей будет больше денег, они начнут больше тратить, покупать больше товаров, а производители — больше производить. И в краткосрочном плане это срабатывало, производство росло. Но в конечном счете это оборачивалось инфляцией. И только где-то начиная со времен Тэтчер и Рейгана политики согласились, что денежную политику нельзя использовать для стимулирования экономики. Вернее, иногда можно, но делать это надо крайне осторожно. 

Почему экономики разных стран отличаются

Это главный вопрос, на который должна отвечать экономическая наука. Книга Смита, про которую я говорил, замечательна не только тем, что в ней заложены основы экономики. Замечательно и то, как она называется: «Исследования о причинах и природе богатства народов». Почему одни страны богаче, а другие беднее? Почему одни развиваются успешно, а другие — нет?

Возьмем страны Латинской Америки. Они стали независимыми от Испании и Португалии в начале XIX века. Там никогда не было никакого социализма: везде, кроме Кубы, работала рыночная экономика, но страны Латинской Америки хоть и развиваются, но делают это очень медленно. В начале XX века Аргентина была в мировых лидерах по уровню развития и ВВП на душу населения. На нее возлагали огромные надежды. А потом — все. Как было, так и осталось.

Почему у одних получается, а у других нет? Есть много вариантов ответа на этот вопрос. Еще не так давно по историческим меркам широко декларировался, например, расистский подход, согласно которому белые люди умнее, и поэтому у них получается лучше работать. Но то, что показали страны Юго-Восточной Азии после Второй мировой войны, начиная с Японии и заканчивая Китаем и Вьетнамом, демонстрирует, что не только белые люди могут создавать успешные экономики.

Кто-то считает, что все зависит от природных ресурсов. Но есть много бедных стран, в которых очень много ресурсов. А есть та же Япония, в которой нет ничего. И посмотрите на нее. 

Сейчас доминирует точка зрения, по которой ключевая причина — это «правила игры», общественные институты. Если у вас плохие общественные институты, которые не позволяют развиваться бизнесу и не создают нормальные правила игры для участников, они отрезают часть населения от активной экономической деятельности.

Иногда люди не могут зарегистрировать бизнес или даже свою собственность. Во многих развивающихся странах, в той же Латинской Америке, есть крупные города. В центральной части этих городов стоят современные здания, но вокруг — нигде не зарегистрированные лачуги. Если не зарегистрировали дом, то вы не можете его ни продать, ни заложить. Соответственно, вы не можете заниматься нормальной экономической деятельностью. Вы — никто.

Если правила игры не позволяют людям нормально зарабатывать деньги, нормально заниматься бизнесом и вести торговлю, страна будет бедной. Если правила эффективны, позволяют привлекать свои способности, капитал, использовать разные формы ведения бизнеса, экономика будет эффективной. Отсюда и вывод для Узбекистана: если мы хотим сделать страну богатой и процветающей, мы должны изменить систему и создать совершенно новые правила игры для нашей экономики.

Почему экономику трудно менять

В 20-е годы в США ввели сухой закон. В 30-е, во время Великой депрессии, его отменили. Сам закон был глупым решением с добрыми намерениями: правительство хотело, чтобы люди меньше пили.

На самом деле, чтобы сократить уровень пьянства, нужно подходить к этому основательно и проделать долгую работу. И когда в правительстве поняли, что запрет не работает, закон решили отменить. Тут же в прессе стали появляться статьи, в которых рассказывалось, что этого ни в коем случае нельзя делать, ведь американцы сразу же сопьются. Как думаете, кто финансировал эти статьи? Это делала мафия. Именно на сухом законе из маленьких бандитских группировок выросла американская мафия, которую мы знаем. Они зарабатывали огромные деньги на черном рынке алкоголя и, соответственно, были больше всех заинтересованы в том, чтобы сохранить сухой закон. 

Фото: Рахим Калыбаев

На любом плохом правиле всегда кто-то зарабатывает. Это объясняет, почему казалось бы очевидные вещи, которые лишь недавно стали применять правительства, Адам Смит сформулировал еще в XVIII веке. Старые институты устойчивы, они не хотят меняться.

Новые решения обязательно затрагивают какие-нибудь интересы. Например, все заинтересованы, чтобы ракеты взлетали и не падали. Поэтому все заинтересованы в правильном понимании законов физики. И никто в здравом уме не будет оспаривать рекомендации физиков относительно того, как строить ракеты. С рекомендациями экономистов все наоборот. Даже если их реализация приведет к общему выигрышу, могут пострадать интересы отдельных социальных групп. И если эти группы влиятельны, то они могут заблокировать полезные для общества в целом нововведения. 

Кто может помочь улучшить экономику

Это могут быть отдельные ученые-экономисты, институты, организации. Но проблема в том, что долгое время анализ и предложенные пути не были востребованы со стороны нашего правительства. Оно принимало решения в совершенно закрытом и непрозрачном режиме, и ни с кем не советовалось — ни с местными экспертами, ни с международными консультантами. Между тем были доклады международных организаций, которые советовали, что делать, были доклады местных исследователей. Правительство практически никак не реагировало на них — ни словами, ни делами.

Раз не было спроса, не стало и предложения.

Многие международные организации, которые специально занимаются исследованиями, просто ушли из страны. Провели исследование, сделали доклад, отдали правительству. Нулевая реакция. Еще раз сделали. Снова никакой реакции. По одной теме, по другой, по третьей. У местных специалистов опустились руки, и многие из них, не найдя себе применение здесь, либо ушли в другую сферу, либо уехали из страны.

Огромное количество специалистов, которых я знаю, сейчас работает за рубежом. В 90-х я преподавал экономику в Университете мировой экономики и дипломатии и своих бывших студентов чаще встречаю за рубежом, чем в Узбекистане. Они работают там и приносят пользу не своей стране. И это не потому, что они не патриоты: они пытались работать здесь, но, не видя никакой отдачи от своих усилий, уезжали. 

Фото: Рахим Калыбаев

Нам нужно вернуть международные организации с опытом и попросить их о помощи. Насколько я знаю, подобные организации весьма охотно откликаются на просьбы. Но просьбы должны идти от правительства. Сейчас спрос понемногу появляется. Начинается обсуждение в СМИ, и есть ощущение, что власти не просто не препятствуют, а даже реагируют на публикации. Экспертов стали приглашать на обсуждения, стали присылать документы и просить прокомментировать их. Раньше этого почти не было.

Но и этого недостаточно. В рамках самой власти нужно сформировать команду, которая будет заниматься экономикой, и уже силами этой команды привлекать внешних и внутренних экспертов. Есть Стратегия действий, в которой прописаны основные направления реформ. Но нельзя просто написать программу и надеяться, что ведомства сами начнут проводить реформы. Это системные реформы, а значит, работа государственных ведомств должна радикально поменяться. Допустим, реформа предполагает, что некое ведомство вообще не нужно или должно существенно сократить свои функции (а значит, и аппарат). Как оно само будет себя ликвидировать или перестраивать?

Должен быть орган, наделенный огромными полномочиями. Он должен подчиняться либо Президенту, либо Премьер-министру и проводить реформы. Речь ведь идет о системных реформах. Снизу доверху.