Реквием по современному искусству

Колумнист Виктория Ерофеева о провальном опыте города в проведении биеннале современного искусства и беспросветном положении культуры в стране.

Арт-менеджер художественной галереи "Zero Line", выпускница 2016 года образовательной программы «теория и история изобразительного искусства» Национального института художеств и дизайна им. К. Бехзода Виктория Ерофеева о провальном опыте города в проведении биеннале современного искусства и беспросветном положении культуры в стране.

Октябрь этого года. Арт-сцену Ташкента озарило событие, вызвавшее противоречивые чувства и острую реакцию представителей мира искусства. Обсуждение проекта можно прочесть в социальной сети Фейсбук в лентах у художника Вячеслава Ахуновахудожницы Дили Каиповой и галеристки Беллы Сабировой.

Это была 8-я ташкентская биеннале современного искусства. Причин для недовольства у публики и арт-сообщества было предостаточно, и мне хотелось бы поделиться ими со зрителем и попытаться пояснить на примере данного события, почему же с современным искусством, да и с культурой в целом в Ташкенте столь плачевная ситуация.

Для тех, кто не очень близко знаком с миром искусства, кратко поясню, что такое «биеннале».

Биеннале — это крупная международная выставка современного искусства, проходящая раз в два года. Биеннале проводятся во многих городах мира, самая известная и престижная — Венецианская — существует с 1895 года. Есть биеннале архитектуры, фотографии, кинофестивали и так далее. Куратор (творческий руководитель, арт-директор) определяет тему всей выставки, концепцию, организацию. Так как биеннале представляет формы современного искусства, то и темы отражают современное состояние искусства как в стране, проводящей мероприятие, так и на международной арене. К тому же художники затрагивают острые актуальные темы социального и политического характера. Проведение биеннале — большая ответственность, ведь это международное событие, и страна не только представляет искусство, но и заявляет о себе как об организаторе. Международный характер мероприятия, дипломатические тонкости, большое количество участников, техническая сложность многих проектов, административные сложности — все это требует серьезной подготовки, ответственного подхода и существенных финансовых затрат. Зачастую проведение биеннале — это заявление города о своих амбициях, возможностях и культурном потенциале, открытости и демократизации власти.

Ташкент проводит уже в восьмой раз данное мероприятие, показывая себя совершенно некомпетентным в плане подготовки, организации и кураторской работы.

Сложилось впечатление, что само событие имело отчетный характер: показать международному сообществу, что у нас в стране есть современное искусство. Тему выбрали по политическим причинам — «Искусство и технологии. За и против», которая перекликается с 2018 годом — Годом поддержки активного предпринимательства, инновационных идей и технологий, абсолютно не понимая, что подразумевается под «Искусством и технологиями» в условиях современного искусства (цифровое искусство, сайнс-арт и т.п.). Конечно, это хороший повод для критического осмысления и обсуждения, но и этого не произошло. Особенно гротескно эта тема выглядит на фоне того, что в выставочных залах Ташкента не могут настроить освещение, обеспечить правильное оформление и техническое оснащение проектов, где с перебоем работают розетки, а интернет находится в состоянии ползущей черепахи.

Выставка была организована на скорую руку, так как окончание приема заявок работ было объявлено за два месяца до открытия, а сама выставка продлилась всего четыре дня. Обычно биеннале открыта один-два месяца, и как только выставка открывается, начинается подготовка к следующей, то есть подготовка длится два года!

Поразительно наплевательское отношение к искусству чувствуется с самых первых шагов в день открытия в центральном выставочном зале Академии художеств. Это проявляется в кое-как наклеенных на стену на некачественной бумаге фотографиях и описаниях, в ужасном освещении — тусклом, когда нужно хорошо осветить работу, и слишком ярком, затмевающем проекцию на стенах, в отсутствии этикетажа и описаний проектов в пятидесяти процентах случаев, а в остальных пятидесяти процентах — некачественном или неграмотном тексте на одном языке. Исключением стали те случаи, когда художники смогли приехать на биеннале и проконтролировать монтаж своих проектов.

Этикетаж — это пояснительная надпись, где указаны имя автора, страна, название работы, материалы или техника и год создания. Помимо этикетажа, на выставке, особенно выставке современного искусства, должна быть экспликация — описание произведения искусства или аннотация, где сам художник или искусствовед рассказывает о работе. Из этого описания зритель может узнать об идее, концепции проекта, истории создания, о смысле произведения или о том, как можно с работой контактировать, под каким ракурсом смотреть и так далее. Часто современное искусство может быть непонятным, радикальным, странным для человека, который привык к более традиционным формам. Но когда зритель знакомится с внятно изложенным посылом автора работы, появляется возможность для рассуждения и обсуждения.

Зритель, который решил посетить биеннале современного искусства, вовсе не обязан разбираться в современном искусстве, не обязан все понимать. Задача организаторов выставки — предоставить ему информацию, сделать пребывание зрителя комфортным, дать ему право выбора: получить информацию об этом искусстве и либо заинтересоваться, либо уйти. Но в нашем случае организаторы ташкентской биеннале сделали все, чтобы зритель возненавидел современное искусство, посмеялся над ним, почувствовал себя идиотом, ушел в полном недоумении или даже негодовании. Ведь никто не потрудился предоставить ему полноценную информацию.

В условиях нашего города на выставках этикетаж и описание должны быть на трех языках: узбекском (государственный язык), английском (язык международного общения), русском (второй по степени использования в государстве язык). 

Но в ЦВЗ этикетаж зачастую отсутствовал — мы проходили от одной работы к другой, не имея возможности узнать кто автор, откуда он, что мы перед собой видим. В некоторых случаях этикетаж был, но лишь на одном языке или на двух максимум, что автоматически лишало какую-либо категорию зрителей информации. В других выставочных залах (Галерея изобразительных искусств при НБУ, Ташкентский дом фотографии, Государственный музей искусств) отношение к оформлению было более внимательным, но отсутствие описания на трех языках и неграмотный текст наблюдались практически везде.

О неграмотных текстах стоит особенно подробно поговорить. Большая часть тех описаний, которые были на русском, приводили в ужас безграмотностью и нелепостью: с наличием множества орфографических и стилистических ошибок, неправильных окончаний, бессмысленных фраз. 

В зале Галереи НБУ, которая всегда отличается ответственным подходом к организации и оформлению, такие «тексты» были распечатаны на крупных и качественных планшетах, что выглядело еще абсурднее.

Посетив пять выставочных залов, где была представлена биеннале, я пришла в удрученное состояние. Содержание выставки, работы художников, конференции, торжественные открытия — все это становится ничтожно незначительным по сравнению с этим пачканьем бумаги. Потому что эти вроде бы незначительные бумажки — лицо нашей культуры, показатель неуважения как к художникам, так и к зрителям.

Мне могут возразить, что авторы работ и кураторы не владеют русским в достаточной мере и не обязаны на нем писать грамотно. Проблема в том, что никто не может написать грамотно и по-узбекски, а затем перевести на другие языки, ведь уровень образования в современном искусстве крайне низок, особенно на узбекоязычных факультетах.

Но все же я считаю совершенно неприемлемым коверкать любой из языков, на котором решили писать на официальном уровне. В конкретном случае меня интересует, почему организаторы не потрудились нанять квалифицированные кадры? Ведь в стране есть искусствоведы, прекрасно владеющие русским языком, а также большой выбор переводческих услуг. Неужели у города, который нашел финансирование на проведение международной выставки, не нашлось денег на оплату профессионального перевода?

Организаторами VIII Международной биеннале современного искусства являлись: Академия художеств Узбекистана, Министерство культуры Республики Узбекистан, Министерство иностранных дел Республики Узбекистан, НАК «Узбекистон хаво йуллари», хокимият г. Ташкента, АО «Узшаробсаноат» и др. заинтересованные министерства и ведомства Республики Узбекистан. 

И все эти серьезные ведомства успешно показали на примере 8-й ташкентской биеннале, что в нашей стране искусство ничего не значит, художников и их творчество не ценят, а к зрителю относятся с пренебрежением. 


Мнение колумниста может не совпадать с мнением редакции.


Не упустите самое важное! Подпишитесь на наш телеграм-канал!

Поделитесь с друзьями